Чиркнула спичка. Затрепеталось крошечное пламя свечи, отражаясь в оконном стекле…
- Кто тут?
- Тише, это я.
- Ты опять за старое?!
- Не опять, а снова. Знаешь же, что я не перестану.
- Неужели не устала за день?
- Я ничего не делала. Не хочу.
- Когда же ты, наконец, поймёшь, что…
- Да никогда! Мне пле-вать. Отвяжись.
- Ты долго?
- Не знаю.
- Дай наушники.
- Бери, на стуле.
- Смотри, чтоб тебя не увидели. Штрафные баллы дадут.
- Ну и что?! Вы мне чужие.
Снова открыла тетрадь. Колпачок в зубы. Уже давно ночь. Смена перевалила за середину, а я всё ещё без дела. Скребу ручкой по бумаге – почерк корявый, потому как света обычная свеча даёт слишком мало. Что там должно быть в этой статье? Смех? Веселье? Позитив? Я этим скоро подавлюсь. Нет, я не против забавных шуточек на сцене и жизнерадостных театральных зарисовок. Не против. Только не тут. Давно никто моего мнения не спрашивал. Хотя ладно, напишу я им эту статью. Не убудет…
Поднимаю наконец-то голову. Сгорела уже треть свечи. Так быстро? Нет, я без часов. Статья написана. Посмотрела на тетрадь – вернулась некая радость. Своё, родное. Не отдам. Никому. В темноте я ничего не вижу. Скорее даже не хочу. Потому, что комната на троих. И потому, что на кроватях рядом спят абсолютно мне чужие люди. Чужие по определению.
Свечка. Такой своеобразный символ. Месяц назад мы уже поджигали её в палате, после отрядной свечки, и говорили всё, что накопилось за день. И это всегда было хорошим, потому, что знаешь, кто рядом с тобой. Простые и дружные ребята, не ругающие тебя за каждую оплошность, а которые, как минимум, утешали, но чаще всего – помогали её исправить или загладить. А тут не так – тут каждый сам за себя, и любой, кто не хочет работать – изгой, «козёл отпущения». Вот и я таковым стала. Почему? Потому, что не вижу смысла. Я не лидер, не играю на сцене, не пою… Я умею только писать. А кому нужно моё умение?
Полсвечи сгорело? Или полсвечи осталось? Так красиво оплыв… Отложила тетрадь в сторону. Взгляд на кровать. Она даже не расправлена. На покрывале лежит гитара. Теперь уже моя. Мечта, которая сбывалась пять с лишком лет. А теперь я уже учусь. Из пяти песен, которые мы с преподавателем – дворовым гитаристом учили, я могу сыграть только одну. Даже вслепую. Ведь, когда закрываю глаза, то вижу лица своих друзей. Целый лагерь, где, не зная даже имени человека, к нему можно подойти, улыбнуться и сказать что-нибудь хорошее. И снова вспоминаю наш двухсотенный орлятский круг, где почти всех знаешь по имени. И знаю, что это я никогда не забуду. Такое – на века.
Рядом с гитарой – две папки. Одна – с аккордами и моими рисунками. Вторая – моя вечная ценность – с газетами. Вытаскиваю первую газетку – один из номеров нашей лагерной газеты – Online Times. Хочу заплакать. Во всех номерах этой газеты в разделе «Над номером работали» стоит моё имя. В первых четырёх я писала, а пятую мне пришлось верстать самой. Дальше – хуже. Выхватываю «Классный час», новогодний номер. Вспоминается холодный кабинет, гудящие компьютеры, горячий чай, который мы где-то нашли. Мои глаза уже сами несутся в нужном направлении. «Театр с мышкой в руках». Я фактически ничего в этой статье не писала – только первые пару слов. Но остальные строки мне гораздо ближе, как и человек, который их писал… Нита Серая – такая близкая мне девочка-кошка… Смеющиеся глаза… Единственный человек, на которого я не могу злиться или обижаться, когда она называет меня «ребёнком»…
Плачу. Слёзы ручьём… Воск ручьём…
- Как же я хочу домой… Как я здесь устала… - пламя свечи начинает мигать в такт моему шепоту. Сил больше нет. Воск по всему подоконнику, а в нём – крошечный огонёк… Я не выдержу. Хватаю маркер. На стекле появляется корявая надпись – даже руки трясутся.
«Я ХОЧУ В МЭШДОМ».
И только туда. В свой настоящий дом – может и недаром, даже в замысловатой аббревиатуре, спряталось такое родное слово? А я туда хочу. Туда, где всегда примут и где всегда ждут.
Взгляд в окно. На горизонте появляется розоватое зарево. Рассвет. А в голове чьи-то чужие строчки: «А завтра будет новый день…». Я не помню, откуда они взялись. Только точно знаю, что чужие. Или не хочу вспоминать – чтобы снова не заплакать.
Яркий рассветный луч упал мне на лицо, а пламя свечи, словно испугавшись, потухло… Свеча потухла… Свеча догорела…

вот и всё...
Истерика началась через 10 минут после прихода домой...в это самое место , куда многие так рвались...ты мечешься по квартире и не можешь понять, где ты , зачем ты здесь, где все эти сумашедшие люди.почему у теб полный хологдильник еды...и даже не с кем поделиться...ты кидаешься к чемодану, доставая все эти приятные бумажки с пожеланиями и тут выпадает общая фотография...где все и вместе..там они улыбаются, хотя сейчас всем не до веселья...ты проговариваешь каждое имя и улыбаешся каждому лицу...невольно подползая к окну, ты уже не понимаешь, где находишься. Но вместо проф-союзных кричаок, доносится шум проезжающих машин..а вместо сосен, солнце закрывают пятиэтажки...и всё совершенно не так, хотя здесь ты прожил пол жизни...а там всего лишь одну смену....

Ностальгия, это когда хочется вернуться, а некуда.

Привет МШС (ныне МЭШДОМу) от выпускника 1998 года!! (: Особенно факультету журналистики, на котором я учился!

Добрый день. Хочу выразить свою благодарность Вашей замечательной школе. Работая в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации часто отвечаю на вопросы о карьере. МЭШДОМ это старт. Хочу пожелать Калашникову Валерию Николаевичу удачи, успеха и энергии на достижение поставленных целей. Спасибо.